Василий Головнин, журналист, Токио: Мародерство по-японски
Видя репортажи из Японии я не перестаю удивляться порядку и организованности японцев — никакой паники, никаких беспорядков. К примеру, в один из первых дней после катастрофы показывали очередь на получение питания, которое состояло-то всего из кусочка хлеба, завернутого в пищевую плёнку, и помидора, при этом все спокойны, очередь идеальная — все стоят друг за другом, спокойно получаются еду и уходят. Конечно, можно допустить, что нам просто не показывают плохое, что впрочем сомнительно. Как подтверждение сложившегося у меня мнения о японцах привожу запись из блогов радио «Эхо Москвы»:
Потрясающий по силе казенный документ получил я сегодня от начальника полиции японской префектуры Мияги, которая больше всего пострадала от чудовищных цунами после землетрясения 11 марта.
По некоторым данным, их высота кое-где достигала 20 метров: пласты воды срезали целые городские кварталы, целые населенные пункты.
В Мияги полностью или частично уничтожены тысячи жилых домов, магазинов всех видов, банковских отделений.
Число погибших, по оценкам, превышает 15 тыс. человек. В префектуре большие трудности с продовольствием, питьевой водой – да со всем, что нужно человеку. Беда не могла не вызывать тяжелейшие стрессы. В том числе приступы агрессии у склонных к этому людей. Однако до сих пор не доводилось видеть ни одного сообщения о масштабном мародерстве или серьезном росте преступности в зоне бедствия.
Теперь я имею на этот счет официальный документ.
В нем начальник тамошней полиции г-н Наото Такэути информирует, что за 10 дней после землетрясения и цунами 11 марта во вверенной ему префектуре с населением примерно 2,3 млн. человек было зарегистрировано всего 26 краж из квартир и частных домов.
На десять меньше, чем в тот же период прошлого года. Внимание – не больше, а меньше.
В зоне бедствия разбиты десятки автоматических банковских отделений с банкоматами – и были только две попытки украсть оттуда деньги.
Одну, кстати, пресекли сами местные жители, которые скрутили грабителя и передали его властям.
Полиция за десять дней после трагедии выявила лишь 39 случаев, когда в опустошенных цунами и часто отрезанных от внешнего мира районах из брошенных продавцами магазинов были бесплатно взяты товары.
В первую очередь это вода в бутылках, продовольствие, мыло, зубная паста, батарейки.
Имею свидетельства очевидцев – на разбитых улицах до сих пор стоят нетронутые торговые автоматы, наполненные пивом, сигаретами, соками и водами.
Нет ни одного сообщения, что их пытались разбить.
Установлены также лишь ничтожные 19 случаев, когда люди откачивали бензин для своих машин из чужих автомобилей – в основном брошенных или принесенных цунами.
Напомню, что отсутствие топлива стало одной из главных проблем пострадавших районов Японии. Даже в Токио повсеместная нехватка бензина была устранена только где-то 22 марта. Думаю, конечно, что несчастные люди в Мияги откачивали бензин чаще, чем видела полиция. Но все равно – сдержанность удивительная. Да и преступлением это я бы не называл.
В Мияги не было ни одного случая массовых грабежей (ну, когда озверелая толпа тащит из разбитого магазина телевизоры и холодильники, ящики с виски или консервами).
Количество серьезных преступлений, доложил начальник полиции, также сократилось. Всего четыре случая – на три меньше, чем год назад.
Конкретно: две попытки изнасилования, поджог частного дома (видимо, психически ненормальным человеком), а также самоубийство путем самосожжения.
В Японии это тоже считается тяжким преступлением, поскольку угрожает жизни других людей. Ни одного убийства, ни одного серьезного членовредительства.
Нет, кстати, и заметных попыток подрубить капусты под предлогом чрезвычайной ситуации.
Могу засвидетельствовать – в магазинах вокруг моего токийского дома цены остаются на прежнем уровне.
«Василий Иваныч, а вам не кажется, что мы работаем в стране очень странных людей?» – спросил меня сегодня молодой коллега, когда я зачитал ему доклад полицейского начальника.
Конец цитаты.
Потрясающий по силе казенный документ получил я сегодня от начальника полиции японской префектуры Мияги, которая больше всего пострадала от чудовищных цунами после землетрясения 11 марта.
По некоторым данным, их высота кое-где достигала 20 метров: пласты воды срезали целые городские кварталы, целые населенные пункты.
В Мияги полностью или частично уничтожены тысячи жилых домов, магазинов всех видов, банковских отделений.
Число погибших, по оценкам, превышает 15 тыс. человек. В префектуре большие трудности с продовольствием, питьевой водой – да со всем, что нужно человеку. Беда не могла не вызывать тяжелейшие стрессы. В том числе приступы агрессии у склонных к этому людей. Однако до сих пор не доводилось видеть ни одного сообщения о масштабном мародерстве или серьезном росте преступности в зоне бедствия.
Теперь я имею на этот счет официальный документ.
В нем начальник тамошней полиции г-н Наото Такэути информирует, что за 10 дней после землетрясения и цунами 11 марта во вверенной ему префектуре с населением примерно 2,3 млн. человек было зарегистрировано всего 26 краж из квартир и частных домов.
На десять меньше, чем в тот же период прошлого года. Внимание – не больше, а меньше.
В зоне бедствия разбиты десятки автоматических банковских отделений с банкоматами – и были только две попытки украсть оттуда деньги.
Одну, кстати, пресекли сами местные жители, которые скрутили грабителя и передали его властям.
Полиция за десять дней после трагедии выявила лишь 39 случаев, когда в опустошенных цунами и часто отрезанных от внешнего мира районах из брошенных продавцами магазинов были бесплатно взяты товары.
В первую очередь это вода в бутылках, продовольствие, мыло, зубная паста, батарейки.
Имею свидетельства очевидцев – на разбитых улицах до сих пор стоят нетронутые торговые автоматы, наполненные пивом, сигаретами, соками и водами.
Нет ни одного сообщения, что их пытались разбить.
Установлены также лишь ничтожные 19 случаев, когда люди откачивали бензин для своих машин из чужих автомобилей – в основном брошенных или принесенных цунами.
Напомню, что отсутствие топлива стало одной из главных проблем пострадавших районов Японии. Даже в Токио повсеместная нехватка бензина была устранена только где-то 22 марта. Думаю, конечно, что несчастные люди в Мияги откачивали бензин чаще, чем видела полиция. Но все равно – сдержанность удивительная. Да и преступлением это я бы не называл.
В Мияги не было ни одного случая массовых грабежей (ну, когда озверелая толпа тащит из разбитого магазина телевизоры и холодильники, ящики с виски или консервами).
Количество серьезных преступлений, доложил начальник полиции, также сократилось. Всего четыре случая – на три меньше, чем год назад.
Конкретно: две попытки изнасилования, поджог частного дома (видимо, психически ненормальным человеком), а также самоубийство путем самосожжения.
В Японии это тоже считается тяжким преступлением, поскольку угрожает жизни других людей. Ни одного убийства, ни одного серьезного членовредительства.
Нет, кстати, и заметных попыток подрубить капусты под предлогом чрезвычайной ситуации.
Могу засвидетельствовать – в магазинах вокруг моего токийского дома цены остаются на прежнем уровне.
«Василий Иваныч, а вам не кажется, что мы работаем в стране очень странных людей?» – спросил меня сегодня молодой коллега, когда я зачитал ему доклад полицейского начальника.
Конец цитаты.
